Ментальные особенности украинцев

Украинская нация сформировалась как земледельческая. В этом смысле украинцев можно считать наследниками Трипольской культуры, распространившейся на территории нынешней Украины около 7 тысяч лет назад. С той поры для землепашца мало что изменилось: повседневный и постоянный, в высокой степени добросовестный, не сулящий гарантированного либо быстрого результата труд. В этих условиях акцентируются и проходят повседневную проверку моральные качества человека и формируется требовательность к уровню как своих моральных качеств, так и моральных качеств окружающих людей. История знает целые земледельческие цивилизации, не создавшие городов, но достигшие высокого духовного развития, как, например, создатели Вед.

Эта требовательность к качеству внутренней жизни человека нашла отражение в христианстве Восточной церкви, за которым закрепилось название православного. Уже через сто лет после крещения Руси значительный вес в обществе приобрел Киево-печерский монастырь, только в домонгольский период своего существования явивший больше канонизированных Церковью святых, чем все остальные лавры России вместе взятые за все века. О вкладе выходцев из территории нынешней Украины в становление старчества, с которым связаны наиболее яркие страницы русской святости, говорит уже то, что само самоназвание «старец» украинского происхождения, где и поныне обозначает странствующего нищего. Так, доныне в украинском селе у неаккуратного могут спросить, не в старцы ли он подался, а нерасторопному заметить, что ему лишь старцев водить.

С этой же высокой требовательностью к человеческим качествам в определенной мере связана даже полуанекдотическая известность украинцев как любителей сала. С одной стороны, тяжелый земледельческий труд требует высококалорийного питания, и в летнюю пору найти альтернативу салу как продукту питания непросто. Но с другой стороны, мнение о пристрастии украинцев к салу вряд ли было бы так на слуху, если бы сами украинцы это мнение с удовольствием не поддерживали. Декларация этого пристрастия служит неким символом свободы от других пристрастий, свойственных ближайшим соседям украинцев: от свойственного гонористым полякам тщеславия, от турецкого многоженства, от еврейского сребролюбия, от русского пьянства. Кстати, в украинском фольклоре, как бы не предназначенном для внешнего представительства, в позитивном ключе может фигурировать разве что пристрастное отношение к трубке с табаком, но не к салу.

Идея внутреннего совершенства очень глубоко гнездится в украинской культуре. К примеру, украинский юмор, в частности так называемые народные усмешки, доныне публикуемые местными украинскими газетами, преимущественно основывается на контрасте между странной, диковинной ситуацией и готовностью к спокойному и уравновешенному ее восприятию героем усмешки или украинского анекдота.

Украинцы и русские

Щирые украинцы считают, что Россия не имеет иных корней культурных, религиозных и корней государственности, кроме тех, что идут от Киевской Руси. И уже в силу этого к России и русским у украинцев отношение особое, которое даже при самых благоприятных обстоятельствах не может сложиться с другими народами и государствами. Русские в этом им отвечают полной взаимностью: при том, что русские готовы воспринимать как русских, к примеру, выходцев из татар, разделяющих русские идеалы, они тем более готовы причислить к русским украинцев. Но вот тут возникают некоторые проблемы. Сами украинцы не хотят, чтобы их считали русскими, не хотят растворяться в русском этносе, поскольку хранят культурные ценности, в том числе и не присущие русским. Русским активистам, утверждающим, что отдельный украинский народ – это всего лишь выдумки поляков и националистов, можно было бы посоветовать попробовать внутренне стать на такую позицию, с которой они могли бы произнести совершенно естественно, как это делают носители языка, к примеру, слово «кыслыця» (кислое яблоко). Приблизительно так же непросто воспринимать украинцам потуги русских горе-активистов, желающих нивелировать культуру украинского и русского народов.

О ментальных и мировоззренческих отличиях могут немало поведать отличия языка, выражающего душу народа. К примеру, в украинском языке отсутствует перевод русского «батя», как в украинской культурной среде отсутствуют ситуации, в которых такое фамильярное употребление слова «отец» было бы уместным. Есть слово «батько», этим наименованием, в частности, дорожили боевые командиры, которым вверяли свои жизни украинские крестьяне в годы войны (в трансформированном виде оно в русском языке прижилось как «батька», неся при этом совсем иной смысл).

В украинском языке практически отсутствуют ругательства, а те, что есть, носят скорее шуточный характер. Этот язык мало подходит для конфликтных ситуаций. Например, автору доводилось видеть, как в украинской школе учительница, общающаяся с учениками лишь по-украински, вынуждена была переходить на русский, когда возникала потребность отчитать ученика построже. Еще одной особенностью украинского языка является его пресловутая певучесть, то есть склонность выражать внутренние состояния, такие как признательность, чувство вины и тому подобное, интонацией со множеством оттенков, оставляя при этом собеседнику значительную свободу в истолковании, которое он также скорее обозначит не словом, которое «не воробей», а оттенками интонации. В результате такие слова, как «спасибо», «извините» и тому подобные, часто являются излишними либо же являются следствием влияния иных культур.

Украинцы и американцы

Если говорить об отличии американского и украинского разговорных языков, то прежде всего обращает на себя внимание непомерное количество идиоматических выражений американцев. Автору доводилось держать в руках целую книгу – словарь американских идиом. В украинском, как, впрочем, и в русском, такого рода выражениями по большей части пользуются отмежевывающиеся от общества маргинальные элементы либо же закомплексованные подростки, пытающиеся таким образом придать себе важности. Но вот почему целая нация готова именовать пирожок с сосиской «горячей собакой», как и другие обильно используемые идиомы, понять, опираясь на жизненный опыт, сформированный в украиноязычной и русскоязычной культурной среде, весьма непросто.

Еще одной бросающейся в глаза особенностью является поверхностная сексуальность американцев. Обычный, физически и морально зрелый человек отбирает себе партнершу в несколько этапов: на первом этапе – по физической привлекательности, затем – по качеству ее чувств к нему, проще говоря – насколько она будет счастлива ему давать, и только ему. И наконец, на третьем этапе – по полноте и качеству их отношений, что собственно и призван выявить период ухаживания. С этих позиций такое американское изобретение, как стриптиз, фактически никак не выходящее за рамки первого из перечисленных этапов, воспринимается как удовольствие явно суррогатное. Подобное можно сказать и о рекламе, эксплуатирующей сексуальные образы, которая вряд ли будет иметь такую же эффективность на почве нашей культуры, как в стране-прародительнице. Поскольку блядовитость пока еще, слава Богу, у нас не перешла в разряд однозначно привлекательных явлений. Остается надеяться, что и превышающая всякую меру сексуальная озабоченность многих героев демонстрируемых нашим телевидением американских фильмов не станет образцом для подражания в среде нашей молодежи.

Западные украинцы

Подобно тому, как выросший в рабовладельческом обществе может быть либо рабом, либо рабовладельцем, но не готов воспринимать общество, где все равны, так западные украинцы оказались не готовы были жить на равных с украинцами и русскими после воссоединения Украины. Многие века прожив на положении национального меньшинства и повидав самые уродливые формы национальной дискриминации, западные украинцы влились в славянскую империю, декларировавшую и по мере возможностей воплощавшую идею равенства всех входящих в нее народов. Однако, не восприняв идею равенства, в период существования СССР они считали себя «под Ванюшкой» (недостаточно цивилизованным в сравнении с прежними хозяевами), а после развала Союза представители западных украинцев приложили значительные усилия, чтобы считаться выразителями воли не только западных украинцев, но и всех украинцев.

Нужно заметить, что после провозглашения независимости Украины такие усилия западных украинцев воспринимались в украинском обществе преимущественно позитивно. Было ожидание, что западные украинцы возьмут на себя роль некоего проводника новых идей европейской культуры для Украины, подобно тому, как во времена Союза такую роль в определенной мере выполняли прибалтийские республики. Однако вместо ожидаемых общих, приемлемых для всей Украины, идей продвигаться стали частные интересы, нередко оставляющие впечатление галичанского провинциализма. Из европейских идей наиболее ощутимой стала идея игнорирования мнения «нецивилизованных» и соблюдения демократических принципов при дележе добытого среди «цивилизованных». В связи с событиями померанчевой революции мировоззренческие отличия между украинцами и западными украинцами стали очевидными для многих украинцев, ранее не обращавших на такие отличия какого-либо внимания. Наверное, теперь в интересах западных украинцев доказывать, что интеграция в украинскую культуру присущих им отличий способна давать результаты, воспринимаемые как позитивные всеми категориями граждан Украины.